Млечный путь 1911 №3

Материал из Niva
Перейти к: навигация, поиск

Млечный путь.

Очерк Н. С. Павловскаго.

(С 3 рис. на этой стр.).

Самый любопытный вопрос из всей звездной астрономии, это — вопрос о форме и строении нашего Млечнаго пути, который тянется чрез все небо в виде светлой серебристой дорожки, или, как назвал его Овидий в своих метаморфозах, „lactea via“ (молочная дорога).

С тех пор, как хрустальные сферы с прикрепленными к ним звездами древних философов были разбиты учением Коперника и была построена Галилеем первая зрительная труба, пытливому уму человека открылись новые горизонты, а разрешить сам собой возникший вопрос о строении Млечнаго пути пытался целый ряд великих ученых — особенно на него обратили внимание астрономы в последнее время, когда субъективному глазу человека пришел на помощь объективный глаз светочувствительной пластинки.

При взгляде на небо мы видим, что Млечный путь широкой аркой опирается на горизонт. Но если бы наш земной шар был прозрачен, и мы могли бы видеть южную часть неба, то он представился бы нам в форме кольца, опоясывающаго все небо по малому кругу шаровой поверхности.


Заглядывая в историю астрономии, мы встречаем у некоторых древних астрономов уже правдоподобные мнения о природе Млечнаго пути, которые были впоследствии подтверждены. Так, Демокрит и Манилий говорили, что Млечный путь представляет скопление большого количества звезд на малом пространстве. Птоломей в своем „Альмагесте“ дает также хорошия описания Млечнаго пути, но они все-таки неточны; поэтому, основываясь на них, мы не можем с уверенностью говорить об изменениях в Млечном пути. Но после того, как наше солнце сделалось центром планетной системы, и была построена труба, показавшая, что Млечный путь состоит из отдельных, очень скученных, звезд, и что свет их сливается в общее мерцание только для невооруженнаго глаза,— появилось предположение, высказанное впервые Кеплером, что этот блестящий пояс составляет особую звездную систему, среди которой, теряясь, находится приблизительно в центре наше солнце. Около этого же времени выяснилось, что Млечный путь представляет из себя не правильную форму круга, а имеет скорее чечевицеобразную, и что звездная система, как полагал Кант, в пять раз больше растянута по направлению Млечнаго пути, чем перпендикулярно к нему, то-есть эта система Млечнаго пути представляется в виде тонкаго, плоскаго слоя; а так как наше солнце, а потому и земля, находятся почти в центре этого слоя, то, когда мы смотрим на этот чечевицеобразный слой в ребро, встречаем по лучу зрения массы звезд, которые, налегая одна на другую, образуют светящуюся полосу; между тем как в перпендикулярном направлении к этому слою, около его полюсов, находится небольшое количество звезд, что наглядно подтвердили впоследствии изследования В. Гершеля и Аргеляндера над распределением звезд на небе. Кроме того, изследования В. Гершеля и Аргеляндера показали, что в самой плоскости Млечнаго пути преобладают слабые звезды (от 8 и меньше величин), тогда как около полюсов его, наоборот, почти отсутствуют последния и встречаются яркия (от 1-й до 6-й величин). Это уменьшение числа ярких звезд и увеличения слабых происходит почти равномерно при приближении от полюсов Млечнаго пути к главной его плоскости.

Однако дальнейшия наблюдения показали, что если мы и принимаем Млечный путь за плоский чечевицеобразный слой, то необходимо оговориться, что он не сплошной, а состоит из целаго ряда отдельных колец, и по своей форме очень напоминает красивое звездное скопление в виде туманности в созвездии Андромеды (рис. 1). Обыкновенно принято этот объект в Андромеде называть туманностью, но это не совсем правильно, потому что спектроскопическия изследования Шейнера в Потсдаме (1897 г.) показали, что ее спектр сплошной, т.-е. она состоит из скопления отдельных звезд, а не из газообразнаго вещества, как полагали раньше. Такого же мнения относительно строения Млечнаго пути держался Гульд на основании наблюдений Гейса, произведенных над северным небом.

Наряду с этим предположением высказывалось также мнение, что Млечный путь представляет из себя звездную систему, сгустившуюся из спиральной туманности и со временем разложившуюся на сложные образования, видимые нами теперь. Но на рубеже XIX и XX столетий некоторые астрономы, как, например, Шейнер, Истон и др., предполагали, что Млечный путь и по настоящее время сохранил спиральное строение, но эти спирали, находясь почти в одной плоскости, налегают одна на другую, и потому мы их в отдельности не видим, хотя многия неправильности в строении Млечнаго пути можно объяснить завитками спиралей, форму, число и положение которых мы можем признать разнообразными и многочисленными. Что касается до ядра спирали, то оно, по мнению Истона, лежит в созвездии Лебедя, где Млечный путь имеет наибольшую яркость.

Новейшия фотографическия изыскания проф. Макса Вольфа в Гейдельберге показали, что ядро спирали можно с таким же правом считать лежащим в созвездии Щита Собесскаго и Стрельца. Хотя Вольф теперь и не может разбить гипотезу о спиральном строении Млечнаго пути, однако говорить о его геометрической форме он лично считает еще преждевременным, потому что новейшия фотографии открыли в строении Млечнаго пути массу деталей, о которых прежде и не подозревали. Прежде всего пустоты в Млечном пути, которые Гершель назвал „угольными мешками" и считал явлениями случайными, Вольф открыл теперь на своих фотографиях в значительном числе, и на основании этого он предположил, что Млечный путь состоит из отдельных звездных скоплений и даже газообразных туманностей, как ниже увидим, которые, налегая друг на друга, оставляют между собой просветы („угольные мешки“), наблюдаемые в большом количестве на фотографиях.

Точно такия же подробности были получены на фотографиях Барнарда в обсерватории Іеркса. Одну из фотографий Барнарда, изображающую клочок Млечнаго пути, мы здесь приводим (рис. 3). На снимке черные пространства—„угольные мешки“— видны ясно. Таких темных мест в Млечном пути теперь открыто много.

Далее, при наблюдениях даже в гигантския трубы, белесоватость Млечнаго пути разлагается на отдельные звездочки, но мы находим на фотографиях Вольфа и Барнарда за слоем звезд, который доступен нашим телескопам, большия газообразные области, испускающия ультрафиолетовые лучи, невидимые для глаза человека, но сильно действующие на светочувствительную пластинку. Таких туманностей, испускающих почти исключительно ультрафиолетовые лучи, нам известно теперь много, не считая их в Млечном пути, где они являются как бы подкладкой, над которой находятся звезды. Эти массы видны на приведенном выше снимке Барнарда.

Наконец, на основании своих многочисленных фотографий, Вольф указывает, что если туманную пелену хотя бы с трудом можно подметить на фотографиях с большой выдержкой почти на всем протяжении Млечнаго пути, то у краев его она выступает везде рельефно.

Кроме этих подробностей, Вольф на своих последних фотографиях нашел, что малые туманности, разбросанные по небу, находятся в некотором отношении к Млечному пути—они группируются около севернаго полюса его, хотя на самом полюсе они совершенно отсутствуют. Изучая свои снимки, Вольф заметил, что одне туманности располагаются в виде овалов относительно Млечнаго пути, а другия, преимущественно большия, стоя обособленно, представляют, повидимому, из себя самостоятельные системы „Млечных путей“, отделенных от нас огромными разстояниями. Однако фотографические снимки как Вольфа, так и других астрономов, еще окончательно не изучены, почему Вольф в настоящее время и не решается окончательно высказаться о строении и геометрической форме Млечнаго пути, но полагает, что астро-фотография (небесная фотография) решит этот вопрос в недалеком будущем.

Во всяком случае, судя по тому интересу и той энергии, с которой Вольф и прочие астрономы работают над этим вопросом, можно надеяться, что мы при помощи фотографической пластинки не только разрешим вопрос о строении и геометрической форме Млечнаго пути, но и доставим драгоценное наследие грядущим поколениям для выяснения вопроса об изменениях, могущих произойти в нем со временем.

Niva-1911-3-cover.png

Содержание №3 1911г.: ТЕКСТЪ. Выбор. Повесть И. Потапенко. (Продолжение). — В тихом уголке. Стихотворение Петра Быкова. — Между небом и землей. Очерк И. Кипренскаго.—Родэн и Толстой. Очерк Л. М. Камышникова.—Млечный путь. Очерк Н. С. Павловскаго.—Насекомые-разрушители. Очерк М. Орлова.—Эмир бухарский.—А. М. Скабичевский.—К рисункам.—Вздорожание продуктов (Вопросы внутренной жизни).—Черные дни Португалии (Политическое обозрение).—Объявления.

РИСУНКИ. Сумерки. — Осенняя выставка картин „Товарищества Художников“ в С.-Петербурге (12 рисунков). — Зарождение Марсельезы. Руже де Лиль сочиняет французский национальный гимн. — Млечный путь (3 рисунка). — „Насекомые-разрушители“ (9 рисунков). Эмир бухарский Сеид-Абдул-Уль-Ахад-хан. — Вступивший на престол эмир бухарский его высочество Сеид-Мир-Алим.—Критик А. М. Скабичевский.—П. Н. Волков.

К этому № прилагается „Полнаго собрания сочинений А. Ф. Писемскаго“ кн. 19.

г. XLII. Выдан: 15 января 1911 г. Редактор: В. Я. Светлов. Редактор-Издат.: Л. Ф. Маркс.