Политическое обозрение

Материал из Niva
Перейти к: навигация, поиск
Торжественный въезд вице-короля Индии лорда Керзона с супругой в Дэли
Процессия магараджей - владетельных князей Индии
Султан мароккский Абд-Эль-Азис

(С 9 рис. на стр. 56, 57, 58 и 59)

В особо торжественных случаях. когда необходимо подчеркнуть мощь и величие Великобритании, англичане умеют обставить картину празднества пышностью, вполне гормонирующею со вкусами и обычаями восточных подданных Англии. Восшествие на престол короля Эдуарда VII отпраздновано было недавно в Индии с редким великолепием, роскошным торжеством в Дэли, напомнившим древнюю историю Индии. В Дэли состоялся торжественный въезд вице-короля лорда Керзона. В фантастической восточной процессии приняли участие все выдающиеся вассалы Англии — владетельные князья Индии, именуемые магараджами по наследству или по пожалованию за особые заслуги пред Англией, вожди и старшины индийских племен, все в своих богатых костюмах и драгоценных головных уборах. Вся Индия отпраздновала начало царствования своего императора Эдуарда VII. Военные торжества происходили в окрестностях Дэли, где в лагере собрана была сорокатысячная армия. Войска восторженно приветствовали новаго главнокомандующего лорда Китченера. На дурбар израсходовано около 5 1/2 миллионов рублей, при чем на второстепеннаго даже индийскаго князя со свитой потребовалось издержек не менее 900.000 руб. Правительство метрополии ничего не отпустило на дурбар; все расходы должны быть покрыты из средств индийскаго казначейства. С целью охарактеризовать истинное положение населения Индии, накануне дурбара выпущены были в свет две книги талантливых индусов. Диссонанс с празднествами оказался поразительным: подробно описаны величайшия бедствия современной Индии — голод и чума, уносящие ежегодно десятки тысяч индийских подданных короля Эдуарда VІІ.

Положение дел в Марокко обращает на себя серьезное внимание заинтересованных держав, выжидающих, повидимому, течение событий, которые должны определить дальнейшую судьбу нынешняго повелителя марокканцев. После смерти султана Муллай-Хассана, в іюне 1894 года, престол занял младший сын султана Муллай-Абд-Эль-Азис, благодаря содействию министра двора Ахмед-Бен-Муфа. Этот ловкий царедворец сумел скрыть от. народа смерть султана на двое суток, в течение которых от имени султана Хассана обнародован был манифест о провозглашении наследником престола принца Абд-Эль-Азиса — младшаго сына султана. Старший сын умершаго султана открыто возстал против своего брата, но, потерпев неудачу, попал в тюрьму, где томился до настоящаго времени. Султан Муллай-Абд-Эль-Азис родился в феврале 1873 года и с ранней юности стал сочувствовать европейским новшествам, что вовсе не нравилось мароккскому духовенству и массе населения. Склонность молодого султана к европейским обычаям вызвала в стране брожение, подготовившее почву для возстания среди некоторых арабских племен. Благоприятными для мятежа обстоятельствами воспользовался энергичный фанатик, выступивший претендентом на султанский престол—сперва под видом старшаго брата султана, а затем—под личиной пророка махди. Успеншо разростаясь, возстание упрочилось в Тетзе недалеко от алжирской границы на пути в Фец: новому махди скоро приписаны были всевозможные признаки святости, пущены были в ход обычные в подобных случаях легенды. Тем временем молодой султан Абд-Эль-Азис предавался своим любимым забавам: велосипеду, фонографу, фотографии, и английским играм. Занятый европейскими диковинками, султан не имел возможности взвесить надвигающуюся опасность. Когда же смелый махди во главе тридцатитысячнаго отряда приблизился в декабре месяце к Фецу и прислал султану в виде угрозы—множество просоленных голов султанских солдат, остатки армии султана отступили в самом жалком виде и заперлись в крепости. На Абд-Эль-Азиса напало, повидимому, какое-то раскаяние в увлечениях европеизмом. Призвав знатнейших граждан Феца, султан начал уверять их, что с этих пор единственной заботой его будет защита ислама; если правоверные арабы оскорблены некоторыми увлечениями султана, то он обещает порвать всякия сношения с неверными и отречься от своих заблуждений.

Успешное наступление махди вызвало в Феце уверенность, что Англия поможет султану выпутаться из нынешняго опаснаго положения, так как население Марокко обязано новыми порядками при дворе султана преимущественно англичанам.

Европейская печать и даже дипломатические кружки признают главным виновником мятежа в Марокко корреспондента газеты Times Вальтера Гарриса, который, за время продолжительнаго пребывания при дворе султана, привил Абд-Эль-Азису страсть к европейским новшествам—автомобилю, велосипеду, фотографии и т. п., что должно было- оскорбить приверженцев строгих мусульманских нравов. В свое оправдание Гаррис сделал заявление в печати, что всегда противодействовал европейским вкусам молодого султана, открыто высказывался против введения при дворе его европейских идей и обычаев; не раз заявлял-де об этом самому султану и его министрам; зная взгляды мусульман, Гаррис не одобрял-де увлечения автомобилем, велосипедом, европейским платьем и т. п.; заботился, чтобы фотографические снимки с изображениями султанскаго двора не попадались на глаза мусульманам; накануне выезда из Феца в декабре он-де обратил внимание министров на приближающуюся опасность возстания.

Сведения о положении Абд-Эль-Азиса за последнее время весьма скудны и противоречивы. Западно-европейская печать принесла лишь известие о достоверном факте, что Англия, Франция и Испания сделали необходимый распоряжения об отправке в мароккския воды военных судов для наблюдения за ходом борьбы султана с претендентом на его престол.